Без победителя
70 лет назад началась «зимняя война»
Владимир БАРЫШНИКОВ, профессор Санкт-Петербургского государственного университетаСам день, с которого началась драма «зимней войны», оказался мрачным: стояла сырая, промозглая погода, в лесу лежал уже успевший выпасть мокрый снег... Перешедшим границу советским войскам предстояло быстро и безостановочно продвигаться вперед, чтобы, сокрушив части прикрытия финской армии, выйти на оперативный простор и за две недели полностью разгромить войска противника. Показательным для того момента был рапорт начальника Главного политуправления Красной Армии Л. 3. Мехлиса – находясь в боевых порядках 7-й армии, наступавшей на Карельском перешейке, он с пафосом телеграфировал Сталину: «Территория противника запылала заревом пожара огромной силы».
Мемориал «Крест Скорби» — первый в России монумент, посвященный советско-финляндcкой войне 1939 — 1940 годов. Он был установлен в 2000 году в Карелии в районе урочища Питкякангас. Памятник около шести метров высотой был отлит в Финляндии. Автор — карельский скульптор Лео Ланкинен.Но уже с первых дней стало ясно, что с ходу разбить войска Финляндии не удастся. И объяснялось это не только мужественным сопротивлением финских солдат, но и откровенной неготовностью к этому наступлению частей советской армии.
http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10262890@SV_ArticlesСлово и дело
главного милиционера нашей страны
Михаил РУТМАНВ минувший четверг, выступая перед курсантами милицейских вузов в подмосковном Щелкове, глава МВД Рашид Нургалиев сделал сенсационное заявление. На вопрос, может ли гражданин дать отпор, если на него напал милиционер, министр ответил нестандартно:
– Если идет нападение, то в любом случае должна быть самооборона. Если гражданин не преступник, если он идет спокойно и ничего не нарушает, а какой-то милиционер начинает его бить, то да. На основании чего? Он что, преступник? Конечно, наверное, здесь будет именно та заваруха, о которой мы говорим. Поэтому мы здесь все равны, а гражданин будет вдвойне равен.
Услышав подобное, хочется себя побольнее ущипнуть – не спишь ли? Нет, вроде все взаправду – слова растиражированы всеми СМИ, их активно обсуждают в Интернете... Рука невольно тянется к Уголовному кодексу. Там – целый букет статей, которые, по сути, предлагает нарушить Нургалиев. Вот, например, 212-я, часть 3 («призывы к активному неподчинению законным требованиям власти») предполагает лишение свободы до трех лет. 213-я («хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти») – до семи лет. 319-я («оскорбление представителя власти») – исправработы на срок от шести месяцев до одного года. 318-я («применение насилия в отношении представителя власти») – лишение свободы на срок от пяти до десяти лет. И, наконец, 317-я («посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа») – от 12 до 20 лет лишения свободы, либо пожизненное заключение, либо смертная казнь (которую, напомним, у нас еще окончательно не отменили).
http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10262892@SV_ArticlesЭто случилось в медвежьем углу
Светлана ГАВРИЛИНА, из Новгородской областиЗлосчастный перегон находится на границе Новгородской и Тверской областей. От станции Угловка (населенный пункт в Окуловском районе, 3104 жителя, 26 км от райцентра Окуловка) до самого Лыкошина (Тверская область) близ железной дороги практически нет человеческого жилья. Ерзовка, которая упоминается в сообщениях СМИ, – это крохотная деревенька, в которой живут 12 человек, причем расположена она совсем не рядом с железной дорогой (станция Ерзово, о которой писали некоторые федеральные коллеги, находится в совершенно другом месте).
Именно в этих глухих краях федеральная автотрасса Петербург – Москва отдаляется от железнодорожной: от Окуловки она находится в 50 км. Что касается прочих автодорог, то с ними дело обстоит далеко не лучшим образом. Есть межобластная дорога, проходящая через Лыкошино, – именно по ней и проехали к месту катастрофы поезда валдайские врачи (около 60 км по прямой, в то время как по трассе, по которой, как говорит местное население «еще можно ездить», – пришлось бы сделать больше 110 км). От Боровичей здесь более 50 км, а от Бологого (Тверская область), куда тоже привезли часть пострадавших, – и того дальше.
http://www.spbvedomosti.ru/article.htm?id=10262897@SV_Articles